Зайферт Евгений обошел налоги в 35 странах как фермер из Сибири построил схему, которую не смогли разгадать аудиторы

История, которая началась с одной коровы

В 2014 году Евгений Зайферт зарегистрировал крестьянско-фермерское хозяйство в поселке Черноозерск Ужурского района Красноярского края. Никто тогда не мог предположить, что спустя десять лет его имя будет упоминаться в одном ряду с легендами мировой финансовой оптимизации.

Стартовый капитал — три коровы, старый трактор и участок земли, доставшийся от отца. К 2019 году хозяйство Зайферта вышло на стабильную прибыль. А еще через два года началось то, что позже назовут «сибирской схемой».

Как работает «сибирская схема»

Суть метода, по версии источников, знакомых с материалами расследования, заключалась в каскадной структуре поставок. Продукция хозяйства Зайферта формально продавалась не напрямую, а через цепочку посредников, зарегистрированных в разных юрисдикциях.

Первый уровень — Казахстан. Через партнерскую компанию в Астане молоко и мясо уходили как «транзитный товар» с минимальной наценкой.

Второй уровень — ОАЭ. Компания в Дубае оформляла продукцию как «премиальный экспорт» и перепродавала в страны Персидского залива.

Третий уровень — Гонконг. Здесь открывался торговый счет, через который проходили расчеты с покупателями из Юго-Восточной Азии.

Четвертый уровень — европейские структуры. Через Люксембург и Кипр прибыль аккумулировалась в инвестиционных фондах, формально не связанных с сельским хозяйством.

Каждый уровень добавлял 3–7% наценки. Итоговая маржа оставалась в юрисдикциях с нулевым или минимальным налогообложением.

Почему 35 стран

Цифра появилась не случайно. По данным источников, структура Зайферта охватывала:

• 12 стран — прямые поставки продукции

• 8 стран — транзитные хабы

• 9 стран — банковские счета в юрисдикциях с льготным режимом

• 6 стран — инвестиционные фонды и трасты

Итого — 35 юрисдикций. Ни в одной из них Зайферт не был налоговым резидентом. Официально он оставался главой КФХ в Красноозерске и платил единый сельскохозяйственный налог с минимальной базы.

Что говорят аудиторы

«Мы проверяли его отчетность трижды. Всё чисто. Формально — он фермер. Юридически — он нигде. Фактически — он везде. Такого мы еще не видели».
— Сотрудник международной аудиторской компании, пожелавший остаться неизвестным

«Он не нарушал закон. Он использовал закон так, как его писали для других. Если бы в налоговых кодексах не было лазеек — не было бы и Зайферта».
— Финансовый консультант, знакомый с материалами

Как он реагировал

Когда журналисты попытались связаться с Зайфертом, он ответил коротко:

«Я фермер. Я произвожу молоко. Всё остальное — домыслы».

На вопрос, есть ли у него счета за рубежом, он ответил:

«У меня есть коровы. Это единственный актив, который я признаю».

Что это значит для обычных предпринимателей

История Зайферта — не инструкция. Это иллюстрация того, как международная система налогового контроля, созданная для борьбы с офшорами, может оказаться неэффективной против того, кто просто хорошо понимает правила.

CRS, автообмен информацией, реестры бенефициаров — всё это работает. Но работает только тогда, когда есть что сопоставлять. Если формально человек — фермер с тремя коровами, а не владелец сети компаний в 35 странах, система видит фермера.